Четверг, 17.08.2017, 14:37
Приветствую Вас Гость | RSS
Записки журналиста
Главная » Статьи » Творческие находки

Оборотень на тропе мести.
Она хотела стать адвокатом, стремилась покорить Москву, но маленькие города не очень то любят отпускать своих жителей.

Детство, прощай!


«Все, школьные экзамены позади, сегодня можно отдохнуть, повеселиться вволю. А завтра снова за учебники – готовиться к экзаменам в институт», – Света Одинцова всегда была хорошей ученицей, серьезной девочкой, в то время, как большинство ее подруг забивало себе голову шмотками, дискотеками и парнями, Света сидела над учебниками. Она мечтала стать адвокатом. Жизнь в небольшом подмосковном городке либо опускает до бедности и алкоголизма, либо заставляет сесть на электричку и всего через час оказаться в городе, обещающем радужные перспективы. «Только надо трудиться», - в этом была абсолютно уверена Света. Но маленькие города не очень-то любят отпускать своих коренных жителей…

Родители не могли нарадоваться на дочку: умница, красавица… Выпускной бал в полном разгаре, а Светланка еще ни одного танца не простояла у стены, одноклассники к ней выстраивались в очередь. «Мама-папа, - Света подскочила к родителям, окруженная девушками-подружками, - можно мы пойдем в лес? Ребята готовят грандиозный костер!». «Только не возвращайся домой одна».

Костер действительно был грандиозный, на его фоне салют из петард казался едва заметными искрами. Гремела музыка, хлопали открываемые бутылки Шампанского, им на смену появилось вино, водка. Света, хоть и не пила раньше, от Шампанского не отказывалась, ей нравилось, что слегка кружится голова, что все время хочется смеяться и танцевать и даже Сережка с его помешательством на американских боевиках не кажется ей таким уж бестолковым – «А вдруг он станет знаменитым режиссером?», - подумала девушка, но все же продолжала увертываться от его надоедливых поцелуев.

Право первой ночи


Светлана сразу и не заметила, что стало как-то тихо и темно – костер прогорел и едва мерцал красными углями, музыка стихла – наверное батарейки у магнитолы сели или просто некому перевернуть кассету, рядом Сергей рассказывает очередной, несмешной анекдот про Нео, героя Матрицы, откуда-то из лесу доносился то ли смех, то ли вскрики, а на поляне едва выделялись из темноты всего несколько силуэтов. «Егор, Пашка и Максим, - различила парней Света, - остальные разбрелись парами, пора и мне домой, Сереж, ты не мог бы меня проводить?». «Нет, так дело не пойдет, - это отозвался из темноты Егор, - ты же знаешь, мы друзья, поэтому провожать тебя пойдем вместе. Только сначала выпьем, и ты выпьешь с нами, - он обратился к девушке, - ты же не хочешь нас обидеть?». Светлане стало не по себе – Егор говорил так, что возразить ему было страшно, давясь и кашляя, Света выпила полстакана водки и увидела, как закачался и поплыл лес, как следом за ним закачались ребята, какими далекими и глухими стали их голоса: «Ну чё, Серега, она тебе, кажется, нравится, тогда право первой ночи твое…»

Света очнулась от хмельного тумана только когда ее повалили на землю и сразу поняла весь ужас происходящего. «Нет, пожалуйста не надо, я прошу, Сережа, нет, нет…», - она рыдала и пыталась вырваться, но крепкие мужские руки держали ее крепко, потом другие, третьи, еще-еще… Света то проваливалась в забытье, то возвращалась в кошмар, которому не было конца, потом снова теряла сознание. Когда она очнулась рядом никого не было. Светало, было холодно и больно, а еще стыдно: «Как я вернусь домой, все увидят и поймут, что со мной случилось, весь город будет надо мной смеяться и тыкать в меня пальцем. Что я скажу родителям? Как переживу этот позор? Нет, я не вернусь домой… надо спрятаться, надо уйти подальше, чтобы никто меня не увидел». Девушка попыталась встать – голова кружилась, ноги держали с трудом, придерживаясь за деревья, Света побрела в глубь леса.

«Что-то наша невеста загуляла, надо позвонить Юле», - Валентина, мама Светланы не находила себе места, на часах девять утра, а дочка еще не вернулась с вечеринки. Но Юля, одноклассница дочери пришла домой под утро и отсыпалась, все, что она смогла сказать спросонья, это что ушла домой в разгар праздника. Марина тоже была дома, и Лена, и Ира…Валентина друг за другом обзванивала всех Светиных одноклассников, но никто толком ничего не мог сказать: не видел, не обратил внимания, ушел раньше, мы выпили – не помню. Казалось, земля уходит из-под ног, а горе стоит у порога и только ждет подходящего момента, чтобы проскользнуть в дом.

На третий день после исчезновения Светы у измученных родителей приняли заявление в милиции, и к поиску девушки подключилась милиция.

Возвращение Эммануэль


Матвей Степанович обходил свои зеленые владения. Последние выходные дни выдались хлопотными – теплая погода выманила горожан на природу – в лес, на шашлычки. Да еще конец недели совпал со школьным балом выпускников. Лесник только успевал закапывать тлеющие угли оставленных после праздников кострищ – а то чего доброго пожар разгорится. Он-то и наткнулся на девочку, оборванную и перепачканную, совсем обессиленную. Матвей Степанович сразу понял, что это пропавшая школьница, по поводу которой в лесничество пришел факс два дня назад. «Как же она могла заблудиться в этом редком лесочке, или с ней случилась беда?».

***

Она мечтала или умереть прямо сейчас или прижаться к маме, чтобы та пожалела ее, как в детстве погладила по головке и сказала, что все будет хорошо… А Валентина молила Бога: «Пусть только она будет живая. Если ее обидели, я заступлюсь, я убью любого…». «Я убью тебя, где ты была, - эти слова летели уже в адрес дочери, странный, безудержный выход многодневного страха обрушивался на самого дорогого, любимого человечка. Валентина понимала, что делает непоправимое, но не могла с собой справиться, она хлестала дочь по щекам и кричала: «Почему ты мне не отвечаешь, где ты была?». Она успокоилась только в больнице, после укола успокоительного.

«За что, - в тысячный раз задавал вопрос Вадим, себе, или Богу, или еще кому-то, кто отвечает за наши поступки на земле, - Почему для своих проделок ты выбрал нашу семью?». Теперь Вадим знал, как выглядит ад: это когда заботливая, веселая, любимая жена в психушке, милая, умненькая дочка не выходит из ванной и плачет, местные коррумпированные правоохранительные органы «советуют» забрать дочкино заявление о групповом изнасиловании, а четверо подонков, надругавшиеся над девочкой, сломавшие ей всю жизнь разгуливают по улицам и готовятся поступать в столичные ВУЗы. Сколько позора пришлось пройти Вадиму вместе с дочкой: судмедэксперт, безразлично пожимавшая плечами: «Надо было сразу обращаться, а сейчас я не могу утверждать, что ее изнасиловали. Может она лишилась девственности раньше». Оперативник, который принял дело, заявил прямо: «Один из тех, кого вы обвиняете – сын городского прокурора, я предпочитаю верить его показаниям, а он утверждает, что ваша дочь сама предложила заняться сексом, она хотела, чтобы было, как в фильме «Эммануэль», сразу несколько мужчин».
В конце концов, дело закрыли и посоветовали Вадиму: «Если дорога дочь, забудь».

***

Прошло время. Светланку отец отправил в Тулу к своей сестре – городок тихий и красивый, может быть там девочка сумеет забыть случившееся, а через год, глядишь, и в институт свой поступит. Валентину по просьбе мужа выписали из больницы домой, женщина была тиха и безразлична, словно в ступоре, целыми днями сидела неподвижно и смотрела в никуда. Вадим надеялся, что сумеет вернуть ее к жизни, для этого сменил работу – теперь он работает по ночам, дежурит, зарплата ниже, зато днем он может находиться дома, с женой. А вечером, уложив ее спать отправлялся на работу, возвращаясь утром – заставал ее еще в постели, уговаривал встать, что-нибудь съесть и снова оставлял ее в ее любимом кресле напротив окна. Казалось, у нее хватало сил только на то, чтобы смотреть вдаль. А ведь раньше она была весьма крепкая, спортивная женщина, путешествовала на байдарках, лазила в горы. Друзья нередко шутили: «Если с Вадимом что-то случится, Валя донесет его на руках». «Куда подевалась твоя сила, Валюшка?».

Спасите сына


На стол капитана Карпухина легло свеженькое дело «Об убийстве Павла Сайко», молодого человека зарезали ночью в подъезде его дома. Причем убийство совершено с особой жестокостью – парню перерезали горло. Мобильный телефон и деньги остались при нем, значит версию ограбления следует исключить. «Кому мог насолить этот мальчишка? – Карпухин поморщился, - Похоже, глухарек». Из грустных размышлений о накрывшейся премии капитана вывел телефонный звонок: «Я должен с вами поговорить, - голос прокурора города был взволнованным, - Спасите моего сына, он убьет его».

Только теперь всплыли два нечастных случая, произошедших за последний месяц, случаи, казалось бы никак не связанные друг с другом. Сначала на стройке на дне котлована нашли тело юноши, без видимых следов насилия. Рядом валялась разбитая кассета только что вышедшим в прокат фильмом-катастрофой о глобальных изменениях климата на планете. Парень приторговывал видео-новинками и вероятно торопился на встречу к покупателю, но оступился. Потом произошло дорожно-транспортное происшествие: мотоциклист не справился с управлением на мокрой дороге – груда покореженного металла, изуродованный труп. Сколько их, сумасшедших, носится по дорогам, сломя голову. «А теперь это убийство в подъезде. И все три юноши несколько месяцев назад проходили по делу об изнасиловании школьницы. Дело закрыли, потому что четвертым участником преступления был сын прокурора. Кажется мать потерпевшей сошла с ума. Неужели отец мстит за дочку?», - капитан снова открыл «ДЕЛО» и сделал короткую запись: «Отработка подозреваемого Одинцова».

Карпухин понимал, что арестовывать Одинцова пока рано – нет никаких улик, его можно задержать только на рое суток, а потом выпустить, чтобы он сбежал или затаился. Нет, его нельзя спугнуть – надо собирать улики. А пока, приставить к парню слежку, Он конечно подонок и по справедливости должен быть жестоко наказан. Но по закону я должен его защищать. К тому же слежка за жертвой поможет выйти на след убийцы – рано или поздно он же захочет осуществить свою благородную месть.

Ждать пришлось недолго – прошла неделя после предыдущего убийства. Капитан Карпухин все это время неустанно следовал за Егором, словно его невидимый телохранитель. Музыка в местной дискотеке уже стихла, но молодежь расходилась неохотно. Егор простился с приятелями и покачиваясь ступил в полумрак улиц. Какая-то тень мелькнула за деревом – черная мужская куртка, джинсы, на голове капюшон. Фигура переметнулась к другому дереву, потом к следующему – мужчина явно следовал за Егором. Капитан двинулся следом, вызвал по рации группу захвата. Он думал только об одном: «Нельзя поторопиться, чтобы не спугнуть преступника и не обнаружить себя раньше времени». Шанс один из тысячи – взять Одинцова в момент, когда он попытается напасть на жертву.

И вот он этот момент – в темноте мелькнуло лезвие ножа, убийца сделал шаг из за дерева в сторону жертвы. «Стой, брось оружие на землю и подними руки, я буду стрелять», - капитан выхватил оружие и сделал два предупредительных выстрела в воздух, следующую пулю он по закону может пустить в преступника. В практике Карпухина еще не было необходимости делать этот третий выстрел, преступник тоже хочет жить, и в этот момент он хватается за спасительное милосердие закона.

То, что происходило в следующие мгновения больше было похоже на сон, чем на реальность. На кошмарный сон, когда бежишь изо всех сил, а расстояние не уменьшается, когда пытаешься что-то изменить, а события происходят не по твоему сценарию. Карпухин бежал к парню, но еще быстрее бежал преступник. А парень, как вкопанный стоял на месте. Через мгновение он уже лежал на земле, а убийца беспорядочно наносил ему удары ножом: в голову, в лицо, в шею, в грудь.. пока мощный удар рукояткой пистолета по голове не вырубил его.

Суд Божий


Синие проблесковые огни освещали место преступления: распластавшееся тело юноши, остекленело взиравшее в черное небо, убийца, распластавшийся на груди своей жертвы… «Шевельнулся, значит будет кого представить суду», - Карпухин присел возле убийцы, застегнул на запястьях наручники, встряхнул Одинцова за плечо, мужчина откинулся на спину, капюшон куртки съехал с головы, выпустив взору длинные русые волосы. Женщина…

Суд был коротким – Валентина Одинцова признала все четыре убийства, рассказала, как прикинулась покупательницей, выманила Сергея на стройку и столкнула в котлован, как перерезала тормозные шланги на мотоцикле Максима, как караулила Павла в подъезде и как торопилась убить Егора. «Когда мы искали Светочку, я поклялась Богу, что убью каждого, кто ее обидит, - сказала женщина, - Теперь я счастлива, я отомстила за мою девочку». По решению суда женщине предстояло остаток жизни провести в психиатрической клинике.

После суда Вадим вернулся в опустевший дом – когда-то этот дом был полон семейного уюта и счастья, здесь строились планы, обсуждались мечты. Здесь пахло пирогами и звучала музыка. Какой был праздник, когда Светланке исполнилось 16 лет. Весь городок веселился на ее совершеннолетии, а Валюшка готовила разную вкуснятину на эту огромную компанию. Кажется, даже эти четыре подонка здесь были… «Что дальше? Зачем мне этот дом, зачем, вообще вся эта жизнь?… А как же Светланка? Ей еще труднее, я должен быть с ней, я должен ей помочь».
На следующий день Вадим уволился с работы, собрал небольшую дорожную сумку и уехал к сестре в Тулу: «Приютила Светку, пустит и меня, на время, а потом решу, что делать».

Катерина РОМАНЕНКОВА, Татьяна АЛЕКСЕЕВА
июнь 2004 года

Категория: Творческие находки | Добавил: zapiski-rep (12.01.2009)
Просмотров: 480 | Рейтинг: 0.0/0 |
| Главная |
| Регистрация |
| Вход |
Меню сайта
Категории каталога
Новые материалы [19]
Творческие находки [144]
Репортаж исподтишка [40]
Интервью с намеком [109]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Copyright MyCorp © 2017Сделать бесплатный сайт с uCoz